Я - Женщина. Сильна я поневоле,
но, знаешь, даже, если жизнь - борьба,
Я - Женщина, я слабая до боли,
Я - Женщина, и, значит, я - Судьба…

Свежий номер глянцевого журнала приятно шуршит в руках. 8 марта, поздравления на каждой странице, и там же – молоденькие улыбающиеся красавицы, тонкие, как осинки, модные, ухоженные… Иногда даже жаль становится, что редко такую красоту встретишь на обычной ростовской улице. А в селах да хуторах гламур и вовсе как-то не приживается. Хотя…

Если оглянуться назад, глянцевые красотки – явление последних десятилетий. Везде и всюду, подхваченные ультрамодными ветрами высокой и не очень моды, юные девушки все чаще напоминают либо пластиковых Барби, либо перенимают стиль и манеры у сильного пола, теряя свою женственность и очарование. А мужчины все чаще сожалеют о такой «универсализации» прекрасных дам.

Посмотрим с другой стороны. Понятие истинной Красоты никогда не было универсальным, единым. Более того, глядя на шедевры мировой культуры (литературы, живописи, т.д.), нетрудно заметить, что и понятие возраста по сути никак не связано с этой истинной Красотой. Красота женщины – это то неуловимое, не поддающееся описанию обаяние, тот чарующий шарм, который скользит и во взгляде, и в походке, и в голосе…

Юность привлекает и ошеломляет свежестью черт и контуров, зрелость обрамляет красоту женщин, как опытный ювелир ограняет алмаз. Не поддаться искушению стать «как рекламная картинка», нести себя и свое «Я», скромно и гордо – задача для современных женщин сложная, но вполне выполнимая.

Особенной красотой и силой характера испокон веков до наших дней славятся казачки. Смесь восточных и славянских кровей, особый, вольный уклад жизни в крепостной России… Казачки всегда были необычными женщинами, а их неповторимая красота воспевалась поэтами и художниками.

Вот как писал о них, например, знаменитый русский историк Василий Сухоруков: «Представьте красавиц роскошной Азии, смешанные вместе черты черкешенок, турчанок, татарок, русских и тогда получите общее понятие о красоте обитательниц Дона. Пламенные черные глаза, щеки, полные свежей жизни, величайшая опрятность и чистота в одежде. Они, как и все женщины, любили наряды, румянились, когда выходили в гости или в церьковь».Писатель XIX века Петр Краснов в романе «Домой» описывает казачку: «…казачка. Что может быть красивее? Высока, стройна как молодая раина… Грудь была очерчена желтоватым шелком легкой блузки. Английская суконная юбка цвета пыли легко облегала стройные длинные ноги. Совершенно черные громадные глаза, в них темно-коричневый агатовый раек с черным глубоким зрачком в темном обводе смуглых трепещущих век с длинными ресницами под широким размахом черных бровей. Под красным бархатом губ видны ровные белые зубы. Смуглые щеки обнаружили глубокие ямочки у рта».

А Лев Толстой в произведении «Казаки» такую фразу вложил в уста своего героя: «А я только одного и желаю: … желаю жениться на простой казачке и не смею этого потому, что это было бы верх счастия, которого я недостоин».

У вольных донских казаков еще в дореволюционные времена даже праздник был особый – День донской казачки. Отмечался он 21 ноября, и уже в ХІХ - начале XX века в этот день стали проводиться балы, главный из которых – донской бал – проходил в собрании Армии и Флота с приглашением казаков всех войск, юнкеров, офицеров казачьих гвардейских полков, а также чиновников, студентов, ученых…

Может быть, уже пришла пора не возносить так высоко не пьедестал юность и «модность», а вновь вспомнить о той особенной, самобытной красоте?

Возрождение традиций казачьего народного творчества, появление самодеятельных и профессиональных творческих казачьих коллективов – и вот мы вновь видим казачку в своем «национальном» костюме. И стать, и голос, и взгляд – тот самый, особенный взгляд Аксиньи из «Тихого Дона» - все это никуда не делось, не стерлось в сумасшедшем потоке времени, событий, революций, войн и потрясений.

Ей может быть двадцать, а может – шестьдесят. Пусть она – сельская учительница, или финансовый директор предприятия, или простая студентка… Она – женщина. Она – казачка. И она это знает. Лишь бы только не потерять эту драгоценную самобытность, не растворить ее в потоке «универсальной красоты».

Женщинам порой кажется, что красота – это дар, которые дается в молодости и отнимается с возрастом. Но это не так. Внешняя красота – лишь штрих, набросок, который можно дорисовать любовью и душевностью, силой духа и ума, нежностью и ранимостью, чувственностью и мудростью. И тогда любая женщина становится как прекрасная завершенная картина. Как шедевр великого Мастера…

Я - Женщина. Я просто вспышка страсти,

но мой удел - терпение и труд,

Я - Женщина. Я - то большое счастье,

которое совсем не берегут.

Я - Женщина, и этим я опасна,

огонь и лёд навек во мне одной.

Я - Женщина, и, значит, я - прекрасна

с младенчества до старости седой.

Я - Женщина, и в мире все дороги

ведут ко мне, а не в какой-то Рим.

Я - Женщина, я избранная Богом,

хотя уже наказанная им!

Наталия Шевченко