Василий Хейло
Заместитель войскового атамана,
президент торгово-промышленного общества ВКО ВВД
РОМАНТИК С БОЛЬШОЙ РЕКИ
Я много слышал об этом весьма известном
предпринимателе, но совершенно не
представлял его. Первая мысль – это
обыкновенный, в меру ограниченный и
нахраписто-циничный, меркантильный
делец. Каких много нынче. Как, впрочем,
и во все времена. встретишься с ним, а он
начнет оценивающе просвечивать тебя
взглядом. Сколько ты стоишь, и имеет ли
смысл вообще говорить с журналистом,
человеком по определению небогатым.

Другой образ, более четкий и привлекательный – это некое подобие миллио-
нера Парамонова, который оставил огромный след в истории старого, дореволю-
ционного Ростова. Даже самый далекий от истории ростовчанин знает, где на-
ходятся (точнее находились), легендарные «Парамоновские склады». Тем более,
что и Хейло и Парамонов – оба пароходчики, владельцы частных торговых флоти-
лий. И тот и другой называли корабли именами своих родственников, отцов и жен.
Флагманом парамоновской флотилии был морской торгово-пассажирский паро-
ход «Анна», а флагман флотилии Василия Хейло крупный нефтеналивной танкер
«Филипп Хейло», названный честь отца. И тот и другой – казаки.
И даже правление фирм почти на том же месте. На набережной.
Фирма «Лев» господина Хейло расположена в историческом здании бывшего
железнодорожного вокзала (построенном в 1892 году, еще при светлой памяти
государе-императоре Александре Третьем!) и называвшемся – Главная станция
«Ростов-Пристань».
А парамоновская резиденция находилась на той же набережной, но чуть даль-
ше, ниже по течению Дона.
К слову, здание, в котором ныне Правление фирмы «Лев», в декабре 1917
года находилось в центре исторических событий всероссийского масштаба! Дело
в том, что до революции, первая железная дорога в Ростове была проложена по
всей набережной. От Нахичевани до самого Темерника. Причем, здание желез-
нодорожного вокзала станции «Ростов-Пристань» было построено раньше, чем
здание ныне существующего главного железнодорожного вокзала Ростова.
Так вот, в конце 1917 года, в Ростов пожаловала флотилия красных моряков
из Севастополя под флагами большевиков и анархистов. Они стали громить город
из шестидюймовых орудий. Это был первый в истории артиллерийский обстрел
города Ростова-на-Дону. И сделали это не турки и не германцы, а российские ма-
тросы! Потом моряки высадили десант, почти тысячу человек, и захватили город.
Однако новочеркасская казачья дружина, в которую входила в основном учащая-
ся молодежь, студенты НПИ, юнкера и даже гимназисты, под началом войскового
старшины Романа Лазарева, за одну ночь соорудили импровизированный броне-
поезд. Это были платформы с «бронёй» из мешков, наполненных песком. На этом
«бронепоезде» они ворвались на станцию «Ростов-пристань» и ураганным огнем
принудили красную флотилию убраться в Таганрогский залив. При этом, прямо
напротив парамоновских складов, был потоплен один из красных тральщиков.
Большая часть команд, вместе с десантом, находилась в городе и занималась
грабежом магазинов на Садовой улице и гомерическим пьянством. Более 500 ма-
тросов были взяты в плен казаками, подоспевшими из станиц Александровской и
Аксайской. Это был первый крупный бой зарождавшейся гражданской войны и
первая победа над большевизмом, и вообще, первое в истории военное стол-
кновение казаков с русскими моряками. До этого донские казаки били моряков
почти в этих же местах. Однажды даже захватили в конной атаке канонерку «Джа-
спер», се6вшую на мель в дельте Дона. Но то была английская канонерка и ан-
глийские моряки. А здесь вроде как свои, русские. Свои, да не свои. Вот в каком
историческом месте расположился «Лев»!
Оба пароходчика, и Парамонов и Хейло, казачьего происхождения и горды
этим. В кабинете Василия Филипповича, на видном месте, старинный фотопор-
трет моложавого казака с роскошными ухоженными усами. Это прадед нынеш-
него хозяина компании «Лев», Василий Романович Хейло, шкипер таганрогского
порта, а в первую мировую войну – подъесаул Войска Донского. Кстати, меня за-
интересовало происхождение такой не очень обычной фамилии. Филологи счи-
тают, что слово «хейло», на так называемом кубанско-черноморском диалекте
рыбаков Азовского моря означает – губа, точнее морская губа. Что же касается
всех Парамоновых, то были они торговые казаки из станицы Нижне-Чирской. И
если Парамонов был членом правления Общества Торговых Казаков Области
Войска Донского. То Хейло сегодня является – председателем казачьего торгово-
промышленного общества Всевеликого Войска Донского.
В массовом сознании Парамонов – это один легендарный усредненный чело-
век. В реальности же, Парамоновых было два.
Парамонов-старший(Елпидифор) был сдержанным, чопорным, старозавет-
ным бородатым старообрядцем. Набожным и требовательным. О его честности
и справедливости в ростовском порту, спустя сто лет все еще рассказывают ле-
генды! Парамонов-младший (Николай Елпидифорович) тоже бородат и солиден,
но более европеизирован, меценат и настоящий буржуазный интеллектуал, знаю-
щий европейские языки и даже благоволящий новомодному тогда «экономиче-
скому марксизму». От Николая Елпидифоровича остался стильный особняк на
Пушкинской, признанный самым красивым зданием Ростова. Этот особняк закон-
ченный в 1914 году самым высокооплачиваемым архитектором Ростова Эбертом,
был подарком любимой жене Анне Николаевне ко ее дню рождения. Кстати и
флагман флотилии, как я уже говорил, был назван «Анной» тоже в честь Анны Ни-
колаевны. Именно на этом корабле Парамоновы, не дожидаясь развития событий,
еще в 1918 году не спеша отплыли в эмиграцию, переведя деньги в швейцарский
банк, поступив очень предусмотрительно. Все прочие состоятельные люди в бес-
порядке драпали из Совдепии в 1920году. Все выжидали чего-то. Вот и довыжи-
дались...
Итак, идем в резиденцию Василия Филипповича Хейло, в то самое историческое
здание вокзала, где теперь размещается правление компании «Лев» руководимой
героем нашего очерка.
Василий Филлипович оказался не похожим ни на бородатого сдержанного старо-
обрядца, ни на нового русского, ни на ограниченного циничного дельца. Передо мной
предстал совершенно открытый, жизнерадостный и демократичный человек без ма-
лейшего намека на новорусское чванство. Как говорится, прост. Но эта кажущаяся
простота особого свойства. Здесь подходит сравнение с другим любителем морской
романтики – Петром Алексеевичем Романовым. Однажды один иностранный дипло-
мат, с некоторым пренебрежением отозвался о русском государе: «Мне говорили, что
царь Петр весьма прост...» Но дипломата тут-же почтительно поправили: «Царь Петр
в обращении прост…». Вот такого же свойства и простота Василия Филипповича. И
иным не может быть истинный предприниматель и капиталист, который любит свой
«пароходный бизнес», не столько из-за денег, сколько из-за любви к самому делу. Он,
как это ни странно для делового человека, отъявленный романтик.
Вся его жизнь говорит об этом. Еще в маленькой сельской школе поселка Займо-
Обрыв, он изрисовывал все тетрадки силуэтами кораблей. Родительский дом (начало
начал) стоял в считанных метрах от моря, отделённый от воды насыпным земляным
валом и, по словам Василия Филлиповича, «в сильный шторм, морские брызги омы-
вали стёкла окон». Ну как тут не полюбить море, если оно стучится в окно! Потом
было поступление. Естественно, в высшее военно-морское училище. Естественно, в
Севастополе. Поступил. Но учиться не стал. Оказывается, его зачислили в подводни-
ки. И было пробное погружение. На легендарной дизельной «Щуке». Но наш герой
не захотел становиться подводником, не захотел становиться заложником стальной
коробки и «плавать в море, не видя самого моря». В общем, волею судеб, он стал не
моряком, а речником. И сделал еще в советское время довольно неплохую карьеру,
пройдя путь от матроса землечерпалки до капитана рейда ростовского порта.
В бытность свою капитаном рейда, с ним произошел примечательный случай, чуть
не ставший всероссийской сенсацией. Слава Богу, что этой сенсации не произошло.
Речь идет о предотвращении серьёзной техногенной катастрофы в 1984 году. Дело в
том, что ростовский железнодорожный мост, один из пролётов которого поднимается
для прохода кораблей, по ошибке одного железнодорожного начальника, едва не
стал смертельной ловушкой для одного из крупных кораблей. Дежурный по смене,
ответственный за подъём и опускание моста, дал команду опустить подвижную сред-
нюю ферму как раз в то время, когда огромный сухогруз уже подходил к мосту. Оста-
новить движение танкера было невозможно. Многосоттонная махина на воде, это не
грузовик на асфальте, тормоза не предусмотрены! Но ферма опускается. Медленно,
но опускается! Еще несколько минут, и срежет все корабельные надстройки и заодно
измочалит всех, кто там находится. (Подобная авария в СССР уже происходила на
Волге. Счет жертв там шел на многие десятки.) А сейчас катастрофа казалась неми-
нуемой, поскольку огромный корабль невозможно быстро остановить. На требование
капитана рейда немедленно прекратить закрытие моста, в эфире звучало монотон-
ное и равнодушное: «Мост опускается….» Казалось, что в этой ситуации в принципе
ничего сделать нельзя, что и мост и корабль обречены. В эфире, как положено, пол-
ная тишина. Слушают капитаны всех судов, выстроенных для проводки. Очередное
меланхоличное «мост опускается..», прерывается криком капитана гибнущего судна:
«Что делать? Я не могу остановиться!» «Полный! Самый полный вперёд!!!» - врыва-
ется в эфир команда капитана рейда. Василий Филлипович, находившийся на своем
буксире рядом с фарватером, сориентировался в считанные секунды, он и дал един-
ственно верную команду в данной ситуации. Корабль успел проскочить мост, ударив-
шись только антеннами. Скрежет конечно был страшный. На полном ходу, стальными
антеннами по мосту. Но надстройки были целы, не пострадал ни один человек. С
мостом тоже ничего страшного не случилось. Гигантская катастрофа была предот-
вращена...
Со временем, Василий Хейло стал настолько «речным человеком», что и пропи-
сан был на дебаркадере 46-01, а затем и вообще на теплоходе. Это случилось с ним в
1976 году. И остается он прописанным на теплоходе по сей день! Возможно, это един-
ственный бизнесмен на всю Россию, много лет имеющий такую «водную» прописку.
В повседневной жизни это обстоятельство ему почти не мешает. «Может быть и
мешало бы, если бы я не был публичным человеком» - говорит Василий Филиппович.
«Впрочем, все уже привыкли и не особенно обращают на это внимание. Вон в Гол-
ландии, таких водных квартирантов, пруд-пруди. Единственный раз с визой в Англию
была задержка. А так – ничего, и сам привык, и другие привыкли». Так что большая
река прочно вошла в жизнь предпринимателя.
Впрочем, к морю он все-таки вернулся. Теперь его суда ходят не только по рекам,
но и по морю, до Керчи. Есть и большая мечта. Построить шхуну под названием
«Лев». Водоизмещением тонн сто. И отправится на ней в «южные моря». До кон-
ца дней. Пропорции шхуны точно повторяют корпус давно любимой Василием Фи-
липповичем парусной баркентины «Альфа», прославившейся на съемках фильма
«Алые паруса» в 1961 году. Василий Филиппович с гордостью говорит, что он еще
застал старую «Альфу» в ростовском порту и ступал на ее палубу. Ту самую палубу,
по которой ходила юная Анастасия Вертинская в образе гринновской Ассоли.
Теперь, мастерски выполненные модели кораблей, «Альфы» и «Льва», занима-
ют почетное место в директорском кабинете. Они изготовлены в судомодельном
кружке, который, кстати, находится на попечении Василия Филипповича. Дети и
подростки в кружке достигли такого мастерства в своем увлечении, что их работы
занимают неплохие места на международных конкурсах судомоделистов! Послед-
ний раз кружковцы заняли пятое место на мировом чемпионате управляемых пла-
вающих моделей в Венгрии, на озере Балатон.
А еще Василий Хейло с гордостью показывает целую витрину престижных на-
град и кубков за победы в парусных регатах таганрогской спортивной парусной сек-
ции, которая поддерживается его стараниями.
Никаких денежных дивидендов, льгот каких то прерогатив как предпринимателю,
это ему не дает. Это просто зов души. Романтизм в духе Александра Грина. Но сколько
детей и подростков спасено этим самым «романтизмом» от тупого безделья, наркоти-
ков, и улицы! Теперь они станут моряками, спортсменами, конструкторами. Возможно
- успешными предпринимателями. С романтической стрункой в душе.
Да и многие взрослые могут сказать «спасибо» предприятию «Лев» и его ге-
неральному директору. Более пятисот человек в его фирме имеют надежную и
высокоплачиваемую работу, с зарплатой «выше среднего». И никакой кризис им
не грозит. Ибо данное предприятие не очередной торгово-компрадорский мыльный
пузырь по безконечному перепродаванию воздуха, а дело востребованное самой
жизнью, нужное и интересное дело.
Дело процветающее на этой набережной столетиями.
Дело за которым стоят тени Парамоновых, Кошкиных, Плугатыревых - известных
торговых казаков славного донского прошлого. Пересказал Василий Филиппович
мне одну историю, которую ему рассказал нынеживущий старый докер, которому в
свою очередь, поведал его отец, тоже докер. Этого докера уволили. За пятнадцати-
минутное опоздание. Набрался он храбрости и пошёл к самому Парамонову. А надо
сказать, что тот разгильдяйства не любил. «Почему опоздал на целых пятнадцать
минут?» - нахмурив брови спросил пароходчик. Докер объяснил робея, что дом его
стоит на крутом склоне, на Богатяновке. Накануне прошёл сильный ливень, произо-
шёл оползень, дом перекосило, лопнула крыша, в комнатах вода, а у него маленькие
дети… Пытался крышу кое как залатать, вот и опоздал… Парамонов велел выдать
докеру червонец и отпуск предоставить, пока дом не построит новый. А на тот черво-
нец, кстати сказать, вполне по тем временам можно было дом построить. Вот такой
пример из жизни предпринимателей, предпринимателем рассказанный. А то, какие
примеры человек выбирает, о многом говорит. Да, Хейло настоящий морской роман-
тик. Но одновременно с этим - чистейшей воды предприниматель. Представитель
молодого российского капитализма. Но капитализм капитализму рознь. Господин
Хейло является представителем совершенно другой, «неперестроечной» формации
бизнесменов. В нем нет абсолютно ничего паразитического, компрадорского, как в
намозоливших всем глаза и уши олигархах. Разных ходорковских да абрамовских,
березовских, плебейски чванящихся своими яхтами, размером с футбольное поле и
футбольными клубами, стоимостью с хороший крейсер. Есть в нашей стране талант-
ливые организаторы и созидатели. Таких в России становится все больше и больше.
И это вселяет надежду. И именно им хочется сказать: «Вперёд! Полный вперёд!».
Беседовал с капитаном казачьей торгово-промышленной палаты
и романтиком нашего времени
подъесаул Всевеликого Войска Донского
Василий Вареник.